Глава 23 Надо научиться отдавать Антон Полянецкий

Антон родился и вырос подмосковном городе Химки в 1975 году. От Московской кольцевой автомобильной дороги до московского же района Зеленоград — двадцать пять километров, а до Химок — ноль. Прямо за МКАДом они и начинаются. Если не брать в расчет административную условность, Химки — это обычные московские дворы и улицы. И проблемы там в восьмидесятых были такие же, как и во всех городах союза. Застой медленно, но верно разлагал страну, уходила в прошлое лживая коммунистическая идеология, а ее место уверенно и нагло занимал культ золотого тельца.

Отца своего Антон не помнил. Мама Надежда Алексеевна и ее единственный сын — вот и вся небогатая семья, проживающая в сталинском доме, в коммуналке на четыре комнаты. Мать всю жизнь вкалывала швеей на ткацкой фабрике, укладчицей на кондитерском комбинате, медсестрой в больнице. Смены за сменами, дневные, ночные. Как в песне, «здесь мерилом работы считают усталость». Нет времени для воспитания мальчишки, который растет во дворе, в обществе, где кража считается доблестью, курение — типом дыхания, а драка — способом общения. Но на жизнь, на бедность никто не жаловался. Химки — не Тверская, не Калининский проспект, мажоров там отродясь не водилось. Ученики носили одинаковую школьную форму, да и одежда взрослых в советское время особым разнообразием не отличалась.

Но, конечно, хотелось чего-нибудь особенного, на что у Надежды Алексеевны денег не было. Антоше, к примеру, в его девять лет хотелось велосипед. Ничего особенного, почти все ровесники гоняли на своих великах, а у Полянецкого не было такой возможности. Обидно! Но положение исправимо, и Антон украл опрометчиво оставленный кем-то без присмотра велик. Покатался немного, а потом продал. Первая такая операция прошла успешно, за ней последовали вторая, третья… Однажды вышла осечка. Антон предложил купить велик его законному владельцу! Парень, который уже успел оплакать потерю двухколесного друга, оказался старше, сильнее и сильно избил воришку. Это не остановило Полянецкого и даже подняло его авторитет во дворе — реальный пацан ворует и в глаз за это получает!

Быть таким и не курить казалось неестественно. Антон поначалу воровал сигареты у курившей матери. Но, сколько веревочке не виться… Однажды она его застукала и решила как следует проучить.

— Значит, ты куришь, сынок?

— Ну-у, я так… Я невзатяг!

— А какой тогда смысл продукт переводить? Давай-ка с тобой покурим по-настоящему, по-взрослому.

Эксперимент удался. Антоше стало плохо, блевал он дальше, чем видел. Урок был усвоен, правда, ненадолго…

В следующий раз воспитательным моментом послужило документальное кино. Тогда в кинотеатрах перед каждым фильмом крутили киножурналы. В одном из них показали, как компания подростков отправилась на рыбалку. После большой дозы спиртного то ли в шутку, то ли всерьез замотали одного в сеть и утопили. Впечатлительный Антон поклялся себе, что никогда ни пить, ни курить не будет. Даже занялся спортом, несколько лет ходил в секцию самбо.

Но когда подобные меры могли напугать дьявола соблазна? Тем более, что злоупотребляли все. Лет с пятнадцати ребята в Химках уже вовсю баловались пивом и вином, а кое-кто и чем покрепче… К тому времени Антон уже бросил самбо. Там вроде бы дела шли неплохо, но спортивная коррупция обломала перспективного спортсмена. Ты можешь быть сильнее всех, но не сильнее тренерского сговора.

Проходили соревнования по самбо. Полянецкий позже узнал, что тренеры договорились его «слить», чтобы продвинуть парня, родители которого дали взятку. И Антона поставили в поединки так, что он несколько схваток подряд не сходил с ковра. Один бой проиграл, затем одержал шесть побед, а в следующем поединке от усталости потерял сознание. Присудили поражение, потому что деньги решали все. Где уж там сыну медсестры тягаться с другими? И три с половиной года спорта ушли псу под хвост. В тартарары полетела и учеба в общеобразовательной школе, для которой троечник и отъявленный хулиган Полянецкий был сущей обузой.

Появились другие увлечения — мопеды, девушки, спиртное… Компания дворовых друзей, с кем Антон разделял нехитрые интересы, уверенно двигалась встрече с героином. К возрасту совершеннолетия все уже попробовали. Антон был последним.

Как-то в паршивом настроении он зашел к приятелю, у которого, как было известно, имелась дурь.

— Дай ширнуться, братан. А то на душе погано. Я слышал, герыч повышает тонус. У меня, правда, бабок сейчас нет, но…

— Бабки ладно… Потом. Мы же с тобой друганы. Может, с первачка понюхаешь?

— Да чё там… Я слышал все в конце концов на уколы переходят. Давай уж сразу. Бодяжь!

— Хозяин — барин. Твои вены.

С помощью друга Антон впервые вмазался. И началась новая жизнь, в которой главным была доза. Пока Полянецкий не стал как следует зарабатывать, потихоньку тащил из дома, у соседей, у родственников все, что можно продать. Ведь колоться необходимо было ежедневно. Устроился на мебельную фабрику. Пройдя курс обучения, получил профессию столяра.

На фабрике зарплату выдавали еженедельно. И весьма неплохую. Но героин требовал все больше и больше. Антону приходилось регулярно занимать у коллег. Со временем он начал путаться, у кого занял, у кого перезанял. Бригадир даже распорядился Полянецкому не одалживать.

Постепенно происходило превращение человека в наркомана, о чем окружающие догадались не сразу. Обычный парень, общительный, трудолюбивый, адекватный, бесконфликтный, только уж больно худощавый. За воротник закладывает редко, в отличие от большинства рабочих, на работе спиртным от него не пахнет. Только глаза какие-то странные и эта постоянная озабоченность в отношении денег…

А у Антона наркомания вошла уже в такую стадию, когда никакого удовольствия, никакого воодушевления; когда человек живет от ломки до ломки и героин становится единственным лекарством, способным поддерживать организм в нормальном состоянии. Образовался порочный круг, за пределами которого оставались мать с ее новым мужем, работа, девушки, кино, книги — все какое-то необязательное. А внутри круга — героин и дворовые друзья-наркоманы. Сейчас иных уж нет, а те далече. Двое друзей мотают срок за хранение и распространение, остальные умерли.

Он уже лет семь сидел на игле, когда случилось страшное. При очередной ломке нигде не смог достать героина. И тогда Антон выпил водки, и немало, чтобы отвлечь организм от симптомов жестокого кумара. И тут вдруг позвонил приятель и сказал, что у него есть наркотик, какая-то грязная, третьесортная дрянь. Пьяному море по колено, помутневшим взором он не разглядел деления на шприце и вкатил себе слишком большую дозу. И отключился.

Вдвоем с отчимом Антона Александром Сергеевичем приятель отвез Полянецкого в больницу. Там, конечно, сразу поняли, что это передоз, откачали. Но в милиции завели дело, правда, ходу ему не дали по просьбе матери и из жалости к двадцатипятилетнему парню.

После этого случая Антон стал считать Александра Сергеевича своим настоящим отцом и называть папой. А ведь когда Антону было пятнадцать лет и Надежда Алексеевна вышла замуж, привела домой водителя грузовика Александра, который стал ними жить, парнишка принял нового человека в штыки. Ведь он был трудным подростком, а значит неуживчивым, упрямым. Он скатывался вниз, а терпеливые мать и отчим раз за разом вытаскивали юного наркомана и алкоголика из ямы.

Возраст в тридцать пять лет принято считать серединой жизни. Время подводить промежуточные итоги. Было что вспомнить Антону из минувшего, кроме уколов и ломки? Было. Например, судебные решения. Все наркоманы нарушают закон и ходят по грани между свободой и заключением. У Полянецкого за душой три судимости, но ему повезло избежать реальных сроков. Первую судимость получил в шестнадцать лет за пьяную драку, вторую в 2008 году за хранение героина. Его арестовали в метро. Прокурор требовал полтора года, но адвокату удалось уговорить судью снизить наказание до условного срока. Третья встреча с судом была в 2013 году по статье «Продажа лекарственных препаратов, не содержащих наркотических веществ».

Антон Полянецкий в середине жизни вдруг осознал, что с наркотиками пора завязывать. Один за другим умерли от передоза двое дворовых друзей детства. Силой воли Антон дал себе приказ забыть о героине. И в порядке компенсации мужчина запил, да так, что запой продлился три года.

В результате он превратился в развалину с больной печенью, мешками под глазами и сизым носом. Родители пытались лечить Антона и при помощи врачей в психиатрической больнице, и при помощи колдунов с шаманами — всё без толку.

В кодирование Полянецкий не верил. Он знал: ни один врач не будет кодировать так, чтобы человеку грозила смерть. А значит всё такого рода лечение рассчитано на запугивание и утешение родных алкоголика. Правда, случались перерывы в запое, когда Антон устраивался на работу столяром, что-то зарабатывал и тут же пропивал. Алкоголизм хуже наркомании тем, что алкоголь доступен даже нищим. Фуфырик настойки боярышника в аптеке за одиннадцать рублей возвращает алкаша к жизни. Но — к какой жизни?!.

В 2013 году у Полянецкого закончилось жизненное дыхание. Почти нищий, беззубый от долгих лет употребления героина, без интересов, любви, он четко понял, что бросить пить самостоятельно не в состоянии. Тогда Антон решил пройти курс лечения в реабилитационном центре. Сначала в Таганроге, потом в Воронеже. И всё изменилось. Не сразу, не за один день. Но, ступив на новый путь, почувствовав интерес к полноценной жизни, Полянецкий уже не хотел отступать и изо всех сил держался.

При всей эффективности лечения воздержанием, трудом и божьим словом очень многие возвращаются потом к водке и героину. Если может болеть тело, то может болеть и душа. Поэтому в пятидесятнических реабцентрах заботятся в первую очередь о душе.

А здоровая душа, как можно видеть на примере Полянецкого, притягивает к себе и успех и благосостояние. Сейчас у Антона есть всё, о чем мечтает среднестатистический мужчина: благополучная жизнь, жена, квартира, работа, автомобиль. Но когда-то ему казалось, что время упущено, что уже никогда он не будет счастлив и проживет, не познав простых человеческих радостей. Иногда Антон смотрит на себя в зеркало и видит… нет, не беззубого алкаша с мутным взглядом (всё это, слава Богу, в прошлом), а цветущего бодрого красавца с голливудской улыбкой. Белоснежные зубы — еще один признак новой жизни, уж Антон-то это точно знает!

Пройдя курс, Полянецкий остался работать в реабилитационном центре, помогает таким же, как он в прошлом, бороться за себя с дьяволами героина и водки, показывать путь из болота порока к трезвой и счастливой жизни.

Человек по природе своей транжир. Ведь трезвая жизнь удивительный божий дар, данный нам от рождения. Она полна радостей и удовольствий. Но мы с самого детства упорно ищем возможности отравить мозг, получить удовольствия искусственным путем. Дети подражают взрослым, на домашних застольях тянутся чокнуться с ними своим лимонадом, любят играть, изображая пьяных. А потом игра становится реальностью и наслаждения, вошедшие в жизнь уже не игрой, а жуткой повседневностью, сменяются ломкой и похмельем. Зависимость от наркотиков и алкоголя появляется незаметно, но прочно утверждается, подменяя собой личность человека.

В Воронежском реабилитационном центре исцелившийся Антон однажды познакомился с молодой красивой осетинкой Эллой. Вначале это были отношения ученика и наставника. Потом их сменила дружба. Элла ждала прихода Антона, чтобы выговориться перед ним, поплакаться в жилетку. Но вскоре пришла и любовь. Кстати, дожив до сорока с лишним лет, Антон никогда не был женат. Серьезных отношений у него тоже не было. В этом, в общем, ничего удивительного. Ни героин, ни спиртное как-то не способствуют ни романтике, которая сопровождает зарождение любви, ни сексуальному здоровью, без которого супружеские отношения неполноценны. А тут появилась Элла… они почувствовали, что их тянет друг к другу, но долго не могли в этом признаться… Они поженились в 2017 году и надеются, что этот союз продлится на всю их счастливую совместную жизнь.

Бог дал им возможность жить по своим заповедям. И надеяться на спасение. Ибо сказано: «Всякий, кто призовет имя Господне, спасется». Современный верующий, так считает Антон, живет по большему числу заповедей, чем те, что были даны Моисею много веков назад. Надо любить и прощать. Нужно беречь жену и всё время оказывать ей знаки внимания — супруга должна чувствовать любовь и заботу. Нельзя давать волю своему гневу. Следует уважать тех, кто по долгу службы «над тобой», прислушиваться к своему руководству (и руководству компании, и к властям в государстве — различия нет), ибо всякая власть от Бога. Беспрерывно хаять правительство своей страны и продолжать в ней жить — просто глупо. Уехать в другое государство, которое нравится тебе больше, будет умнее и честнее. Да, в России много проблем. Но кто справится с ними, кроме тех, кто живет на этой земле и считаете себя её детьми?! Как сказал патриарх Кирилл: «Если вы сами в своем доме не наведете порядок, никто этого не сделает».

Полянецкий в корне изменил свою жизнь. Возврата к прошлому нет, есть только сожаление, что образумился он гораздо позже, чем мог бы… Всю свою жизнь Антон был горем для своей матери Надежды Алексеевны. Бессонные ночи, звонки из полиции, жестокие ломки, пьяные драки, пропажа вещей из дома — все это прибавляло ей седых волос и отнимало здоровье. Лишь под конец жизни Надежда Алексеевна стала получать из Воронежа добрые вести о сыне. Свой последний вздох она сделала в полном спокойствии и умиротворенности. Антон прошептал последнее «прости» и закрыл ей глаза. В том же месяце под ее неслышное благословение он взял в жены Эллу…

В жизни Антона все становится лучше, несмотря на то, с какими проблемами ему приходится справляться. Главной из них стал гепатит. Антон уверен, что болезнь прошла благодаря молитвам. Он, конечно, прикладывал усилия к выздоровлению. Но всё было бы напрасно, если бы не поддержка Отца.

Полянецкий неплохо зарабатывает, старается, чтобы любимая Элла ни в чем не знала нужды. Чтобы в доме всегда было чем угостить гостей, ибо жена-осетинка научила его пословице своего народа «гость в дом — Бог в дом».

Роман Антошин

Мальчишки, которые растут без отцовского присмотра и которых воспитывает двор, рано становятся взрослыми, раньше положенного времени принимают самостоятельные решения и отвечают за них. А некоторые остаются детьми всю жизнь, надеясь на авось и «так сойдет». Таким вырос и Антон Полянецкий: плохая компания, воровство, героин, гепатит — звенья одной порочной цепи. Но слава Богу, что все закончилось хорошо. Лучше поздно, чем никогда. В сорок лет жизнь только начинается.