13.4. Разрешение противоречия между неототалитарным обществом и обществом подлинной демократии

13.4. Разрешение противоречия между неототалитарным обществом и обществом подлинной демократии

Господство инструментального знания в управлении современным обществом, о котором говорит Ю. Хабермас, приводит к утрате критического знания, к непомерно возрастающей роли специалистов в органах представительной власти. Человек «из народа» чувствует свою беспомощность и уповает на узких «специалистов» в решении общественных проблем. Попытки убедить в правомерности такого положения для демократического общества – чистой воды манипуляция.

Общество подлинной демократии исключает манипулирование личностью. Оно создает такие экономические и социальные предпосылки, которые позволяют ей реализовать себя в труде, социальной и политической сферах, в частной жизни.

Противоречие между неототалитарным обществом и обществом подлинной демократии разрешится в пользу последнего, если произойдет то, на что указывал Э. Фромм: замена манипулирования людьми активным и разумным сотрудничеством. Он подчеркивал, что политический принцип «Правительство – из народа, избранное народом, для народа» следует расширить и на сферу экономики [10, 227].

Идеи Э. Фромма ценны тем, что он не побоялся заявить о своем видении пути освобождения человека традиционного либерально-демократического общества. Он определил этот путь, анализируя действительность с позиций диалектической логики:

«Общество должно овладеть социальными процессами так же рационально, как овладело процессами природными. Главное условие для этого – уничтожение тайной власти небольшой кучки дельцов, хозяйничающих в экономике, без какой-либо ответственности перед массой людей, чьи судьбы зависят от их решений. Мы можем назвать такой общественный строй демократическим социализмом, но важно не название; важно организовать рациональную экономическую систему, которая служила бы интересам народа» [10, 226].

В этих словах просматривается та же мысль: заменить манипулирование людьми сотрудничеством. Сотрудничеством с властью, с владельцами компаний, с коллегами. Именно принцип сотрудничества может стать стержнем идеологии и методов «паблик рилейшнз». В этом случае структуры «паблик рилейшнз» выполняют роль посредников, заменяющих манипулирование сотрудничеством. Одно из определений «паблик рилейшнз» как раз и выражает эту функциональную линию деятельности: «паблик рилейшнз» как функция управления должна способствовать установлению и поддержанию общения, взаимопонимания, согласия и сотрудничества между организацией и ее общественностью.

В этой концепции сотрудничества принципиальная роль отводится прессе. Американские исследователи признают, что сегодня в США значительную часть информации, получаемой американцами дома, формируют три телесети, четыре радиосети и три телеграфных агентства. Эти СМИ принадлежат небольшой группе могущественных людей. Комиссия по вопросам свободы печати (США) в своих выводах утверждает, что те, «кто владеют и управляют прессой, и решают, какие люди, факты или версии таких фактов будут предъявлены публике» [7, 79–20]. То есть речь идет о прессе, не отвечающей принципам истинной демократии. Но сегодня в развитых западных странах получила распространение теория социальной ответственности прессы. Согласно этой теории, власть средств массовой информации, их почти монопольное положение обязывают их быть социально ответственными, следить за тем, чтобы все стороны были справедливо представлены и чтобы у публики было достаточно информации для собственного мнения.

Именно принципы социальной ответственности лидеров и специалистов «паблик рилейшнз», средств массовой информации, принципы сотрудничества в экономике и бизнесе, в политике и социальной жизни позволят прийти к такой системе социальных взаимоотношений между людьми, которая обеспечит подлинную свободу человеку.

На теоретические основы «паблик рилейшнз» претендует сегодня социальная информациология, которую российский исследователь В. Д. Попов определяет как науку XXI в., науку, изучающую законы информации и коммуникации в жизнедеятельности социума, причинно-следственные связи между фактом, его интерпретацией – освещением и восприятием, особую связь информации с «коммуникативным разумом», соответствие информационной политики нравственным принципам, глубинной психологии народа, его национальному характеру; соответствие информации ее эффективному использованию, иначе наступает социальная аномия (по Панарину), т. е. ценностная дезориентация масс. Социальная информациология охватывает систему коммуникативных отношений как новый вид общественных отношений, которые отражаются в общественном мнении, общественном настроении, социальном самочувствии, в информационной культуре наконец [5,41, 48, 60, 88].